Показаны сообщения с ярлыком Айрис Мердок. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Айрис Мердок. Показать все сообщения

понедельник, 11 декабря 2017 г.

Довольно почетное поражение

Как часто бывает в романах Мердок в начале тут мало что происходит.
Герои ведут разговоры, из которых мало-помалу вырисоваются отношения между ними. Я часто спрашиваю себя - говорят ли так настоящие, не книжные англичане, и прихожу к выводу, что скорее всего нет.

Но вот перевернув 164 страницы, мы, наконец, попадаем в ситуацию, в которое мерное течение романа просто взрывается, благодаря импульсивным действиям героини.
Морган приходит на квартиру к Джулиусу, молит его о любви, сбрасывает с себя одежду и голая устраивается в его постели. Джулиус в ответ берет ножницы и разрезает всю ее одежду на мелкие ленты и уходит. Через некоторое время приходит Саймон и Морган уговаривает его отдать ей его одежду, всего на час, как она уверяет, она переоденется и привезет его костюм назад. Саймон соглашается и вот в одних трусах он бродит по пустой квартире, затем устраивается на диване и засыпает. Возвращается Джулиус и обнаруживает у себя в квартире Саймона.

Ситуация, конечно, искусственная, но выписана так реалистически сильно, что невольно говоришь себе: а почему бы и нет? ))

воскресенье, 10 декабря 2017 г.

разговоры Морган и Джулиуса

- Ты мог бы рассказать мне о ДНК.
- Ты не хочешь ничего знать о ДНК. Как и у многих других ученых дам, поверхностная интеллектуальная болтовня для тебя - лишь средство обольщения.
- Так позволь мне обольстить тебя!

Айрис Мердок "Довольно почетное поражение"

суббота, 17 июня 2017 г.

Генри и Катон

Дочитал роман Мердок "Генри и Катон" и то и дело мысленно  возвращаюсь к нему. Смешно, но этот роман воздействовал на меня довольно сильно, Мердок поднимает в нем некоторые проблемы, которые очень актуальны сегодня.

На мой взгляд, она очень точно описала (на частном примере англичан) начало той деградации европейцев, которую мы сегодня наблюдаем повсеместно. Дегуманизация личности и полное разочарование в вере, полное отчуждение людей, полнейший пофигизм к семейным ценностям и традициям, раздутый до неба эгоизм и колебания в гендерной самоидентификации - всем этим переполнено современное общество и Мердок психологически очень сильно и точно разработала эту проблематику в далеком 1976 году.

Ну вот, Генри. Жутко обиженный на свою семью, где ему всегда предпочитали старшего брата, он получает одно высшее образование в Англии, сбегает в Америку, получает там второй диплом и живет в университетском городке, лелея свои обиды на семью. Его брат погибает в автокатастрофе и Генри становится наследником большой усадьбы, двух домов поменьше, сада с озером и огромных пустых территорий, на которых можно выстроить новый пригород Лондона. Но Генри не желает владеть всей этой красотой (Мердок мастерски выписывает природу вокруг усадьбы), он втайне от матери затевает продажу всего что имеет, собирается оставить матери лишь маленький дом, выгнать на улицу ее старого бой-френда. Но и деньги интересуют его как то не очень, он собирается раздать их первым попавшим нуждающимся. Нельзя быть таким богатым, когда вокруг столько бедных, - заявляет он матери, когда настает час объяснений. В Англии он чувствует себя чужим, мать свою он избегает, все его помыслы сосредоточенны на том, чтобы побыстрее продать усадьбу и земли и уехать назад в Штаты.

Честно говоря, у меня кровь закипала в жилах, когда я читал об этих подвигах Генри. Вот такие же интеллигентные и многообразованные люди сегодня распродают Европу, оптом и в розницу, прячась за красивую левую фразу они сдают территории, которые собирались не ими. Там, конечно, все не так прямолинейно, помимо линии наследства, личность Генри раскрывается в отношениях с Катоном, со Стефани, которую он собирается увезти с собой в Штаты, с Колеттой, которая любит Генри с самого раннего детства. В итоге, любовь Колетты спасает Генри от самого мрачного будущего, в которое он чуть не загнал сам себя. В последний момент он решает не продавать усадьбу.

Не менее экзотичен и давний  приятель Генри Катон. Он стал священником и обрел веру. Оставил состоятельного отца и жил в миссии, ходил в сутане, преисполненный, так сказать, светом веры. И вдруг разуверился... ) Вот ведь черт побери! Мердок насыщает канву романа диалогами о вере, тот, кого интересуют ее различные аспекты, найдет на этих страницах много интересного.

Образ Катона в романе трагичен, поскольку он движется от духовного просветления к полной опустошенности. Генри же олицетворяет собой легкомысленного и бестолкового британца, который способен раздать все свои деньги, отказаться от родного дома, быть добрым с чужими, но не с родными ему людьми. Мердок немного реабилитирует его в самом финале, где Генри возвращает себе часть наших симпатий в очаровательных диалогах с Колеттой. Если бы не это, Генри так бы и остался в моем представлении черт знает кем...

понедельник, 14 декабря 2015 г.

Человек случайностей

Айрис Мердок, Человек случайностей
440 страниц, 7 основных персонажей и множество второстепенных. Человек случайностей - это, пожалуй, Остин, но, в то же время, каждый из героев в той или иной степени носит на себе эту печать.
Айрис Мердок и здесь предается своему любимому занятию: достает колоду человеческих характеров и начинает ее перетасовывать, вглядываясь пристально то в один образ, то в другой. Стоит только одному персонажу внушить нам симпатию, как появляется другой и делает все, чтобы стереть это впечатление. Нет, все они очень милые и по-своему очень интересные люди, только вот парки на них работают как-то спустя рукава, особенно вторая, та, что наматывает пряжу судьбы на веретено. Словно в какой-то момент она задумывается, рвет пряжу и все у человека сразу идет наперекосяк.
Очень томительный роман, в котором письма, диалоги и повествование составляют зыбкое целое, медленно подготовливающее... медленно подготовливающее.... черт возьми, что же оно подготавливает, это зыбкое настоящее, заключенное во всех без исключения книгах Айрис Мердок?

воскресенье, 26 апреля 2015 г.

Мердок и Сартр

Кто еще сегодня интересуется романами Сартра?
Может быть поэтому во Франции только-только удосужились перевести книгу Айрис Мердок о Сартре "Романтичный рационалист".  А в ее время экзистенциализм был новой религией, почти спасением. В 1945, когда Мердок встретилась с Сартром в Брюсселе, атмосфера в городе была необычайной. Сартра встречали, как звезду, - в одно время с ним в Брюссселе был Чико Маркс, но его встречали совсем не так...

В 1952, Айрис Мердок, которая еще только собиралась принять решение, кем ей быть - философом, историком искусства или археологом, сильно увлекалась творчеством Сартра и даже посвятила ему свою диссертацию, хотя и была учеником Виттгенштейна. Она считает, и не без оснований, что самое главное у Сартра сконцентрированно в его романах, которые уже там, в своей проблематике, обращаются к философии. Вспомним, к примеру, сцену из романа Тошнота, где Рокантен берет в руки гальку, противоречивый символ свободы и случайности. Собственно, Мердок за то и восхищается Сартром, что он в самой середине кровавого 20-го века требовал права на разум, свободу и выбор, но она полагает, что нужно идти еще дальше и в другом направлении. Тайна человеческой жизни, разнообразие существований были, по ее мнению, уничтожены аналитическим демоном Сартра.

Так, вслед за Рокантеном, который был охвачен метафизическим сомнением и острым ощущением потери смысла, Мердок выстроила в своих книгах блестящий корпус размышлений о свободе и сознании, главных темах Сартра, впрочем, как и об отношениях, связывающих мир и язык. Начнет ли мир изменяться, увлекая за собой язык, или это новое осознание языка, которое внезапно заставит нас увидеть мир в другом свете?