Endgame

Тильман Шпрекэльзен в книжной рубрике ФАЦа устраивает разбор детско-юношеской литературы и приходит к неутешительному выводу – книги для юных читателей стали очень похожи на книги для взрослых в том, смысле, что главным критерием для них стал критерий продажи. В основном, это бессмысленные и убогие массовые изделия, балансирующие между реальностью и вымыслом и напичканные жестокими сценами.

Шпрекэльзен разбирает книгу Джеймса Фрея “Эндшпиль”, в которой семьи инопланетного происхождения тренируют своих детей, обладающих разнообразными способностями, для будущего жестокого соревнования. Довольно невразумительная история рассказывается здесь с ужасающей серьезностью и развивается абсолютно безо всякого намека на шарм и гротеск. То же самое можно сказать и о “Дневнике из бункера” Кевина Брукса, “Подземном солнце” Фридриха Ани, герои которых попадают в плен и, соответственно, претерпевают жесточайшие мучения.

Ужасная и жестокая скука, короче…

Город Лилий

Книга Дэвида Ливитта о Флоренции (Роковое очарование города лилий) оставила странное впечатление.

Отлично написанная первая глава, но уже во второй начинаются небольшие странности.
В третьей главе все становится на свои места: Ливитт описывает, в основном, нетрадиционное общество, обосновавшееся во Флоренции после поправки Лабушера, по которой был осужден Оскар Уайлд. Тогда, все поезда в Дувр были переполненны, все пароходы до Кале были забиты представителями аристократии и высшего общества, которые в это неподходящее время года вдруг устремились в Европу. Многие из них осели именно во Флоренции, так как она была "идеальным местом для нетрадиционных англосаксов".
Казалось бы вся эта нетрадиционная публика должна вызывать определенный интерес, но увы, Ливитт начинает далее тягомотное описание скучноватых персонажей, а Флоренция совершенно пропадает из вида за этими бледными описаниями. 
Так что, вместо книги о Флоренции у него получилось что-то вроде регистра англо-флорентийского общества прошлых столетий. Тем не менее, местами он дает интересные обобщения о некоторых капитальных моментах: ... ключ к самой Флоренции лежит в провинциальном характере этого города; когда-то здесь происходило немало знаменательных событий, но это было очень давно, и за последние полторы сотни лет

Флоренция все больше превращалась в музей, а ее иностранные обитатели постепенно стали восприниматься, как часть экспозиции.

маленькая книга о чем-то вроде любви

С большим трудом прочел небольшую книжечку Пеэтера Хельме "В конце украденного времени", изд Кite, 2012. Название, конечно, привлекает, здесь трудно не увидеть намек на знаменитый роман Пруста. И предполагается, значит, что речь пойдет о поисках утраченного времени.

Но нет, речь совсем о другом. Нам предлагается что-то похожее на love story, которая разбавлена чем-то похожим на невнятные размышления о времени. История сводится к тому, что главный герой (я) встречает в баре молодую женщину (Она), влюбляется, Она отвечает ему взаимностью, они ходят по Таллинну туда-сюда, но где неясно, поскольку Хельме строго не называет ни улиц, ни баров, ни кафе. Они разговаривают о чем-то интересном, но нам неясно о чем, поскольку Хельме не конкретизирует разговоры, а лишь подчеркивает интересность разговора. Несмотря на безумную страсть, герой женится на другой. Об этой девушке мы вообще ничего не знаем, словно это так, мелочи жизни, она вообще за пределами интересов героя, она как мебель, даже больше - она вообще никто и звать ее никак.
У Нее тоже есть муж, но о нем мы знаем еще меньше, чем о молодой супруге главного героя. История любви длилась уже два года, как вдруг у Нее возникло желание привести своего любовника домой. После этого чувства героя стали как бы остывать и остывали они еще ровно два года. После чего роман был благополучно закончен.
Более банальной лов стори мне читать еще не приходилось.
Книга насквозь искусственная, герои выдуманные, психологии никакой, авантюры и близко нет и вообще кисель, разбавленный водою из под крана...
В общем, читать только в случае полного отсутствия вариантов...

The Good Apprentice

У Мердок в романе "Школа добродетели" есть персонаж, Стюарт Кьюно, совсем еще молодой человек, который выстроил для себя удивительную систему - он отказался от бога, от секса и от лжи. Если говорить все время одну только правду, мир станет лучше, - считает он. И вот он советует молодой любовнице своего отца во всем признаться мужу - ведь нужно говорить всегда только правду.
Говорить правду?
Тут молодая женщина признается, что она уже не любит ни его отца, ни своего мужа, теперь она влюблена в него, в правдолюбца... ха-ха...

"Школа добродетели" книга совпадений и случайностей. Их здесь так много, что хватило бы на целую сагу. Эдвард случайно становится виновником смерти Марка, случайно знакомится с его сестрой, случайно встречает в стрипбаре свою сестру и тд.  Мидж выезжает на авто со своим любовником за город, у них случайно застревает автомобиль, они случайно обращаются за помощью к Саре и та приводит их в Сигард, где в данное время проживают Эдвард и Стюарт и тд... В книге не действует логика обыденных и прозаических отношений, герои сталкиваются и расходятся по воле автора, исследующего вечные проблемы, характерные для любого крупного произведения - жизнь и смерть, семья и брак, боль и страх, чувство вины и тд... И мне это нравится. Еще больше мне по нраву то, что Мердок всегда вносит легкую дозу мистики в свои романы. Она составляет бэкграунд второй главы "Сигард", впервые возникает в первой главе, когда Эдвард отправляется на сеанс к миссис Куэйд для разговора с мертвыми (стр.88). Блестяще выстроенная сцена, в которой медиум настраивается на некий канал, по которому идет трансляция специально для Эдварда. В третьей части, миссис Куэйд уже на пороге смерти, сеансы отменены, но все равно даже во сне она ухитряется создать для Эдварда некое поле (стр 538), из которого он вновь получает сигнал. Как хотите, но современная жизнь так прозаически убога, что мистика становится поневоле определенной ценностью. Если бы я был студентом-филологом, то непременно взял бы в качестве курсовой работы тему "Мистицизм романов Айрис Мердок, как отражение сущностных устремлений современной личности" или что-то вроде...

Поиски счастья

Прочитал (с трудом) книгу Франсуа Лелорда. По традиционным правилам французского языка его фамилия должна вообще-то читаться Лелор (Lelord). И заглянув в сеть, обнаружил видео, где сам автор называет себя Лелор. В русских изданиях тем не менее он фигурирует, как Лелорд... ) Пути издателей, как говорится неисповедимы... )

Особую популярность Лелор приобрел в Германии. Его переводят, читают, приглашают и устраивают публичные чтения о похождения маленького психиатра Гектора. В интернете есть несколько качественных видео о встречах Лелора с его немецкими читателями.

Мне же книга понравилась не сильно.

Хотя в качестве пособия для изучающих французский язык она подойдет в самый раз.

А вот, как психиатр, чисто визуально, мсье Лелор выглядит привлекательно, я бы пожалуй пошел к нему, будь у меня проблемы... )

Yan Mo

Нобелевская премия 2012 по литературе досталась китайскому писателю Мо Яню.

В 2009 году он дал большое интервью Нувельобсу, в котором говорил, в частности, о своей книге "Трудный закон кармы".

В этом романе действие происходит в коммунистическом Китае с момента его возникновения в 1949 году и до наших дней. Главный герой, землевладелец Ксимэнь Нао, погибает в 1949 и последовательно возрождается в шкуре осла, буйвола, свиньи, собаки, обезьяны, пока , наконец, вновь не становится человеком. Мо Янь говорит, что с китайскими крестьянами поступали точно также, как с коровами и ослами, загоняя их стадами в народные коммуны, где они потеряли свободу. Звериные аватары Ксимэня  не спасли его от жестокого обращения, его точно также эксплуатировали и обманывали даже в потустороннем мире. Несмотря на свою невиновность он был строго наказан и приговорен к воплощениям в образах животных. Он выдержал только благодаря своему уму и исключительной жизненной энергии.