У Мердок в романе "Школа добродетели" есть персонаж, Стюарт Кьюно, совсем еще молодой человек, который выстроил для себя удивительную систему - он отказался от бога, от секса и от лжи. Если говорить все время одну только правду, мир станет лучше, - считает он. И вот он советует молодой любовнице своего отца во всем признаться мужу - ведь нужно говорить всегда только правду.
Говорить правду?
Тут молодая женщина признается, что она уже не любит ни его отца, ни своего мужа, теперь она влюблена в него, в правдолюбца... ха-ха...
"Школа добродетели" книга совпадений и случайностей. Их здесь так много, что хватило бы на целую сагу. Эдвард случайно становится виновником смерти Марка, случайно знакомится с его сестрой, случайно встречает в стрипбаре свою сестру и тд. Мидж выезжает на авто со своим любовником за город, у них случайно застревает автомобиль, они случайно обращаются за помощью к Саре и та приводит их в Сигард, где в данное время проживают Эдвард и Стюарт и тд... В книге не действует логика обыденных и прозаических отношений, герои сталкиваются и расходятся по воле автора, исследующего вечные проблемы, характерные для любого крупного произведения - жизнь и смерть, семья и брак, боль и страх, чувство вины и тд... И мне это нравится. Еще больше мне по нраву то, что Мердок всегда вносит легкую дозу мистики в свои романы. Она составляет бэкграунд второй главы "Сигард", впервые возникает в первой главе, когда Эдвард отправляется на сеанс к миссис Куэйд для разговора с мертвыми (стр.88). Блестяще выстроенная сцена, в которой медиум настраивается на некий канал, по которому идет трансляция специально для Эдварда. В третьей части, миссис Куэйд уже на пороге смерти, сеансы отменены, но все равно даже во сне она ухитряется создать для Эдварда некое поле (стр 538), из которого он вновь получает сигнал. Как хотите, но современная жизнь так прозаически убога, что мистика становится поневоле определенной ценностью. Если бы я был студентом-филологом, то непременно взял бы в качестве курсовой работы тему "Мистицизм романов Айрис Мердок, как отражение сущностных устремлений современной личности" или что-то вроде...
Наиболее прекрасна в этом плане вторая часть книги. Уже само название - Сигард - вызывает некие ассоциации с кельтской или скорее скандинавской мифологией. Здесь Мердок выстраивает совершенно особый мир, что среднее между средневековым замком и монастырем, в которым действуют свои особые правила, в котором порой проявляется полтергейст, в котором есть некие запретные комнаты, где еще неизвестно кто обитает. Я прекрасно отношусь к авторам, создавшим свои собственные миры (Д.Мартин, А.Сапковский), но гораздо более интересным мне представляется внесение античного или средневекового символизма в реальную жизнь, в жизнь современных персонажей. Что я, собственно, и наблюдаю у Мердок. В частности, три женщины Сигарда, играющие утром на флейтах, матушка Мэй, изготавливающая травяные напитки, от которых порой у Эдварда начинались видения... Илона, танцующая, словно жрица под открытым небом в древнем капище, Джесс, запертый в башне - все это скорее элементы средневекового рыцарского романа, искуссно вплетенные в ткань современной прозы и создающие атмосферу тайны.
Во второй части Мердок уделяет много внимания природе. Прогулки Эдварда по окрестностям Сигарда - это отдельная тема, очень близкая тем, кто любит бродить за городом не по самым исхоженным тропам...
Мне попадались в сети критические высказывания в адрес переводчика. возможно, возможно... По крайней мере, название романа переведено не самым лучшим образом. В ткани романа также попадаются порой спорные моменты, связанные с переводом, но не часто... Для объективного суждения, нужно либо читать роман в оригинале, либо иметь еще одну версию перевода...
Комментариев нет:
Отправить комментарий