Три короткие повести, рассказанные от лица молоденьких девушек, полные недосказанности, печали и своеобразной модиановской меланхолии. Как раз то, что мне нравится – малый формат, оригинальный стиль и простор для интерпретаций.
Вторая история мне показалась наиболее любопытной. Героиня, родом из Анси, в три года теряет отца, мать не желает ее видеть и передает ее на попечение сестры. Та отправляет ее в монастырский пансион, где она в полной мере познает экзистенциальные категории однообразия и совершенного отсутствия радости. Ей исполняется 18 лет, она вот-вот закончит пансион, но тут, как говорится, на нее находит и она бросает пансион и начинает самостоятельную жизнь.
История заканчивается несчастливо. Героиня заходит в ванную комнату и заряжает пистолет. Честно говоря, по ходу чтения я привык к этой девушке и даже испугался того, что она собирается покончить с собой. К счастью, она вышла из ванной комнаты и одним выстрелом отправила на тот свет человека, который собирался ее изнасиловать.
Модиано сумел о многом рассказать в этой короткой истории: о том, как живут девочки в монастырском пансионе, как прозаически может закончиться почти что дружба, какими разными путями мы движемся в одиночество…
Несколько лет назад я посетил Анси. Там все так прекрасно – и природа, и архитектура, на улицах полно счастливых и веселых людей. Кажется, что тут нет места несчастным и одиноким. И тем не менее, тем не менее…
Я не поленился, сходил в гугл и прошелся по тем местам, что Модиано описывает в этой истории.
Немного текста и картинок…
Я проводила летние каникулы у тетки, в Верье-дю-Лак. Помогала ей убирать на окрестных виллах и делать покупки. За это она давала мне немного карманных денег. В четырнадцать и пятнадцать лет я выглядела намного старше своего возраста. Однажды днем мы с теткой делали уборку на вилле одного парижского адвоката, ежегодно приезжавшего в Шавуар, и он ей сказал сочным баритоном: "У вас чертовски свеженькая племянница!"
До чего же приятно было ехать в обратную сторону от пансиона! Я выходила не на конечной остановке, а раньше. У "Казино".
Там я встречалась с Сильви, моей подружкой по пансиону. Мы назначали встречи в кафе "Ле Реган", с правой стороны, за улицей Пакье.
Зачем я еду в Анси? Ведь у меня даже денег при себе нет. Я вышла на остановке у "Казино". Кругом ни души. За моей спиной тянулся проспект Альбиньи, пустынный, с оголенными, растерявшими листву деревьями. В призрачном свете фонарей улица казалась нескончаемо длинной, уходившей в никуда…
Но вот наступило теплое время. Лето моих семнадцати лет. В июне хозяин салона предупредил меня, что со следующего месяца ему официантка не требуется. Тогда я зашла в отель "Империал" к портье, которому рекомендовал меня Боб Брюн. Я сказала, что могу работать у богатых постояльцев отеля, если кому-то из них понадобится няня для детей. Или, может, у него есть место официантки, горничной...
Портье внимательно оглядел меня и пообещал сделать все возможное, чтобы найти мне работу. Потом добавил:
- Ну, вы далеко пойдете...
И повторил еще раз:
- Вы далеко пойдете…
В пятницу, на День всех святых, я с бьющимся сердцем пошла на Королевскую улицу. Долго топталась у почты, потом наконец собралась с духом и вошла.
Обеденное время уже кончилось, в кафе никого не было. Кроме хозяина за стойкой, того самого Боба Брюна. Это был коренастый широколицый мужчина с огненно-рыжими волосами. Он совсем не изменился за эти годы. Он читал газету. Я подошла ближе. Он поднял голову.
- Мадемуазель?...
Комментариев нет:
Отправить комментарий